русский | english
Как можно помочь Фонду?

Полонский против России

19 апреля 2010, 17:05

Polonskiy v. Russia, № 30033/05
постановление от 19 марта 2009 года
Заявитель: Александр Викторович Полонский, 1968 г.р.
Регион: Волгоградская область

28 января 2003 года заявитель был задержан за незаконное ношение оружия и подделку документов. Он был доставлен в отделение милиции № 2 г. Волгограда, где был допрошен заместителем начальника, Т.
По словам заявителя, Т. и его помощники совали его наручниками и стали избивать, требуя признания в совершении преступления. Заявителю также подключали ток. Так как заявитель кричал, с его ноги сняли носок и засунули ему в рот.
Около 5 часов утра 29 января 2003 года заявитель был помещен в изолятор временного содержания. Находясь в камере, он вынул из оконной рамы гвоздь и попытался вскрыть вены. Его руки опухли, и он попросил вызвать врача. Заявителю дали антисептик и приковали к решетке в коридоре. Час спустя он снова был доставлен в отделение, где был избит.
30 января 2003 года заявитель был допрошен следователем, который назначил экспертизу заявителя. Заявитель был доставлен в региональное бюро судебно-медицинской экспертизы, где был осмотрен двумя экспертами. У заявителя были выявлены многочисленные ушибы на голове, плече, ноге, которые могли быть вызваны ударами тупым предметом. Также у заявителя имелись ссадины на руках, которые могли произойти от воздействия острого предмета, предположительно гвоздя. Наконец, у заявителя были зафиксированы ожоги на пальцах.
28 и 29 марта 2003 года милиционеры задержали и предположительно избили тещу, сестру и жену заявителя. У них также были выявлены телесные повреждения.
Заявитель указал, что обращался с жалобой в прокуратуру, однако не получил ответа. 26 августа 2004 года в прокуратуру обратилась мать заявителя, действовавшая на основании доверенности.
Прокурор Центрального района опросил одного из сотрудников милиции, который отверг все утверждения о применении к заявителю силы. 3 сентября 2004 года прокурор отказал в возбуждении уголовного дела. Помимо прочего, он указал, что Т. невозможно было допросить, так как тот был в командировке в Чечне.
Заявитель обжаловал указанное решение в районный суд.
22 марта 2005 года областной прокурор отменил решение от 3 сентября 2004 года и назначил дополнительную проверку. В этой связи районный суд прекратил производство по жалобе заявителя.
3 апреля 2005 года был вынесен новый отказ в возбуждении дела. 5 декабря 2005 года данное решение было отменено. Областной прокурор указал на необходимость опроса заявителя, его матери, жены и сестры, подельников заявителя, сокамерников, Т., иных сотрудников милиции, а также потребовал назначить экспертизу.
В декабре 2005 года и январе 2006 года прокуратура опросила родственников заявителя, Т. и еще одного сотрудника милиции. 24 января 2006 года прокурор снова вынес постановление об отказе в возбуждении дела. В тот же день решение было отменено, была назначена дополнительная проверка.
27 февраля 2006 года прокурор в четвертый раз вынес постановление об отказе в возбуждении дела. Он указал, что не было возможно с уверенностью сказать, что травмы, имевшиеся у заявителя, были причинены милиционерами.
16 марта 2006 года была назначена дополнительная проверка. 25 марта 2006 года последовал новый отказ в возбуждении дела. 22 июня 2006 года районный суд признал данное решение незаконным.
8 августа 2006 года следователь опросил заявителя и снова отказал в возбуждении дела.
Это решение было отменено 9 октября 2006 года. 19 октября 2006 года были опрошены сотрудник милиции, задержавший заявителя, а также подельники заявителя, которые указали, что видели заявителя избитым. В тот же день прокуратура вновь отказала в возбуждении дела.
Районный суд признал это решение незаконным 12 апреля 2007 года. 28 мая 2007 года последовал очередной отказ в возбуждении дела. Суд снова признал подобное решение незаконным. 9 июня 2008 года было вынесено еще одно постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.
4 сентября 2008 года это решение было отменено; последовало возбуждение уголовного дела. 3 октября 2008 года заявителю был присвоен статус потерпевшего.
В своей жалобе, поданной в Европейский суд 3 августа 2005 года, заявитель утверждал, что в нарушение статьи 3 Конвенции он был избит сотрудниками милиции, и что власти не провели эффективного расследования этого инцидента. Также он жаловался на длительное содержание под стражей и несправедливость судебного процесса по его делу.
Власти указали, что заявитель не жаловался на жестокое обращение; все жалобы были поданы его матерью. В любом случае, мать заявителя не прошла национальные судебные инстанции. Кроме того, власти указали, что мать заявителя обратилась в прокуратуру слишком поздно - спустя полтора года после инцидента. Жалоба в Суд была преждевременной, так как по делу еще длилось прокурорское расследование. Кроме того, власти указали, что характер травм, имевшихся у заявителя, не совпадал с его описанием обстоятельств дела.
Суд указал, что два дня спустя после инцидента заявитель пожаловался на жестокое обращение следователю; это не оспаривалось Государством-ответчиком. Медицинское освидетельствование выявило у заявителя множественные повреждения. Соответственно, утверждения заявителя были обоснованными, и власти были обязаны провести эффективное расследование.
Лишь 1,5 года спустя, в ответ на жалобу матери заявителя, власти начали предварительную проверку. Проверочные действия предпринимались медленно, и чреда проверок растянулась на 4 года. К концу 2005 года единственным произведенным проверочным действием был опрос милиционера. Все остальные свидетели были впервые опрошены в 2006 году, то есть спустя три года после инцидента. По мнению Суда, затянутый старт расследования привел к потере драгоценного времени и не мог не снизить эффективность расследования.
Суд также не оставил без внимания девять отказов в возбуждении дела. 8 из них признавались незаконными вышестоящими прокурорами или судом. Даже после указаний вышестоящих инстанций на недостатки в проведении проверок, должностные лица выносили отказы, идентичные по тексту предыдущим. По мнению Суда, отсутствие мотивировки явилось серьезным недостатком в расследовании.
Суд также отметил, что уголовного дело было возбуждено в отношении «неустановленных сотрудников милиции», а не в отношении Т. или иных сотрудников, которые были названы заявителем.
Суд выразил удовлетворение фактом возбуждения дела. Однако, по мнению Суда, спустя пять лет никто так и не был привлечен к ответственности. С учетом длительности расследования и иных недостатков, Суд пришел к выводу, что расследование по жалобе заявителя не было эффективным, что явилось нарушением властями статьи 3 Конвенции в ее процессуальном аспекте.
Также Суд указал, что травмы, выявленные у заявителя через два дня после задержания, совпадают по времени и характеру с версией событий, изложенных заявителем. Власти не утверждали, что эти травмы заявитель получил до задержания. Суд согласился, что порезы на руках могли быть причинены самим заявителем. Однако власти не объяснили причины появления иных повреждений - ушибов на лице и теле, а также ожогов. Следовательно, власти должны быть признаны ответственными за эти повреждения.
Суд указал, что насилие было применено с целью получения признания заявителя в совершении преступления. Это насилие вызвало у заявителя физические и психические страдания, хотя и не вылилось в существенный вред здоровью. По мнению Суда, это явилось нарушением статьи 3 Конвенции в части запрета пыток.
Кроме того, в деле заявителя Суд установил нарушения статей 5 § 3 и 6 § 1 Конвенции.
Заявитель потребовал 110 000 евро в качестве компенсации морального вреда. С учетом обстоятельств дела и тяжести выявленных нарушений, Суд присудил назначил компенсацию в размере 30 000 евро.

 

Получить код страницы Версия для печати