русский | english
Как можно помочь Фонду?

Спустя 10 лет после смерти брата, прокуратура все-таки возбудила уголовное дело по статье "убийство"

11 декабря 2009, 17:43

Ванифатьев Владислав Владимирович являлся моим родным братом. Окончив военно-морское училище, долгое время служим на военном флоте. Уйдя в запас, пошел работать на завод им. Куйбышева, где прошел путь от мастера до заместителя директора.

Впоследствии брат учредил ТОО «Курорттехобслуживание», которое занималось электрооборудованием, телефонизацией и т.п. Вскоре, управляющий «Волгопромбанка» пригласил брата курировать строительство филиала Краснооктябрьского «Волгопромбанка». Эта работа отнимала практически все время, поэтому ТОО юридически существовало, но производственно-финансовой деятельности не вело.

Когда брату отказали в аренде помещения, то имущество ТОО он частично перевез домой, частично - к своей соседке по дому и коллеге по работе Крыловой Л.И., частично хранил на заводе Красный Октябрь, главным инженером которого являлся Першин В.Т., который, как и мой брат курировал строительство филиала Краснооктябрьского «Волгопромбанка».

После известных событий 1990 года, когда работа практически всех российских промышленных предприятий остановилась, множество людей осталось без работы. Мой брат, по просьбе бывших коллег - Першина В.Т., Крыловой Л.И., Кукиной А.К. организовал ТОО «Монитор», которое занималось строительно-монтажными работами.

В начале октября 1995 года брат решил приобрести автомашину, для чего снял с депозита в филиале «Волгопромбанка» деньги в сумме 11 млн. неденоминированных рублей, а 11 октября того же года было совершено проникновение в мою квартиру. Так как ничего похищено не было, то полагаю, что искали указанные деньги.

Вечером того же дня я пришла к брату домой и рассказала ему о происшествии. В моем присутствии он открывал ящик письменного стола, где лежали деньги в сумме 35 млн. 800 тыс. неденоминированных рублей, его паспорт и другие личные документы. В этот день я видела брата живым последний раз.

12 октября 1995 года я брата не видела, но дважды в течение дня разговаривала с ним по телефону. Никаких жалоб на здоровье не высказывал.

13 октября 1995 года, около 8 часов мне, на домашний телефон, позвонила Крылова и сообщила, что около 6 часов утра она обнаружила моего брата мертвым. Я знала, что у Крыловой были ключи от квартиры брата, но что она делала там в 6 часов утра, Крылова пояснить так и не смогла. Когда спустя 30-40 минут я пришла в квартиру брата, там никого, кроме покойного, не было. Брат лежал на спине, в нижнем белье. В левой руке у него было две таблетки - одна белого, другая - желтого цвета. Около его ног аккуратно стояли домашние тапочки, а на лице имелись повреждения в виде припухлости над левой бровью. При осмотре квартиры не было обнаружено не только денег и личных документов брата, но и документов ТОО «Монитор», которые он накануне брал на проверку, также пропало имущество ТОО «Курорттехобслуживание» хранившееся в его квартире.

Позже выяснилось, что личные документы брата забрала Крылова и воспользовалась ими, чтобы оформить через свою знакомую - заведующую терапевтическим отделением поликлиники №7 г. Волгограда Войтову Т.Г. свидетельство о смерти Ванифатьева В.В. При этом Войтова прекрасно знала, что у покойного кроме меня родственников нет, а Крылова всего лишь соседка по дому. Помимо этого, Войтова Т.Г., превысив свои должностные полномочия, приняла решение, не вскрывать труп Ванифатьева В.В. Это подтверждается материалами уголовного дела.

Все говорило о том, что смерть Ванифатьева В.В. носила насильственный характер. По данному факту, а также по факту кражи документов, денег и имущества брата, я обратилась в прокуратуру и ОВД. Только спустя 6 месяцев уголовное дело было возбуждено, но лишь по факту кражи. Возбуждать уголовное дело по факту убийства прокуратура категорически отказывалась. Мне удалось добиться проведения судебно-медицинской экспертизы трупа брата в рамках расследования уголовного дела по кражи. Из заключения эксперта следовало «прошло восемь месяцев и в результате гнилостных изменений невозможно определить или подтвердить указанные в свидетельстве о смерти заболевания... не представляется возможным также определить отравление любыми ядами, кроме солей тяжелых металлов, вследствие разрушения ядов в гниющих тканях. Отравление же солями тяжелых металлов остро не наступает и имеет характерную клиническую картину, которая не наблюдалась у Ванифатьева В.В.». Таким образом, волокита при рассмотрении моего заявления привела к утрате доказательств по делу. Но, несмотря на это, спустя 10 лет после смерти брата, в 2005 году прокуратура все таки возбудила уголовное дело по ч.1 ст. 105 УК РФ (убийство) признав тем самым, что смерть моего брата была насильственной.

До настоящего времени фактического расследования ни одного из этих дел не проведено, виновные не установлены. Производство по делам приостанавливалось многократно. Сменилось более двадцати следователей, и ни один из них не дал должной оценки действиям:

- Крыловой, которая фактически похитила паспорт брата, незаконно получила свидетельство о смерти, незаконно отказалась от проведения вскрытия трупа Ванифатьева В.В., воспрепятствовав органам следствия установить истинную причину смерти моего брата, чем способствовала сокрытию особо тяжкого преступления.;

- сына Крыловой, который, как было установлено в ходе следствия, выносил из квартиры моего покойного брата его имущество и имущество ТОО «Курорттехобслуживание»;

- Войтовой Т.Г., которая, явно превысив свои полномочия и нарушая положения действующего законодательства, действуя в сговоре с Крыловой, выдала последней свидетельство о смерти, приняла решение не вскрывать труп моего брата, внесла в амбулаторную карту Ванифатьева В.В. не соответствующие действительности сведения, что подтверждается материалами уголовного дела и, тем самым, также способствовала сокрытию особо тяжкого преступления.

Еще до создания Следственного комитета следователь прокуратуры Советского района г. Волгограда Громов С.К., в 2001 году, честно сказал мне, что в действиях Крыловой, ее сына и Войтовой есть признаки состава преступления, но прокурор района Аракелян не разрешает ему предъявлять указанным лицам обвинение. Следователем Громовым мне была выдана справка следующего содержания: «В действиях Войтовой налицо злоупотребление служебным положением, повлекшим тяжкие последствия. В действиях Крыловой и ее сына налицо грабеж в группе лиц». Копия этой справки была и, надеюсь, до настоящего времени находится в материалах уголовных дел, но никто ей никакого значения не придал.
Должностными лицами, расследовавшими данные уголовные дела допущена масса нарушений, в том числе и процессуальных: волокита и неэффективное расследование, не выполнение письменных указаний прокурора, а следователь СУ Советского района СУ СК при прокуратуре РФ по Волгоградской области Кузнецов вообще не считает необходимым выполнять письменные указания руководителя следственного органа (эта ситуация повторялась дважды, но никакой ответственности Кузнецов не понес). Неоднократные жалобы на действия следователей также никаких ощутимых результатов не приносят. Более того, вышестоящее руководство само допускает грубые нарушения действующего законодательства. Так, Музраев М.К., являющийся в настоящее время руководителем СУ СК при прокуратуре РФ по Волгоградской области, а до этого занимавший должность заместителя прокурора Волгоградской области при рассмотрении моей жалобы на действия и бездействия должностных лиц указанной прокуратуры нарушил положения действующего законодательства, о чем свидетельствуют соответствующие судебные решения. В судебных решениях было предписано лично Музраеву устранить допущенные недостатки. Однако, он требования суда не выполнил, что послужило основанием для вынесения судом частного постановления о недопустимости неисполнения судебного решения. Аналогичные нарушения были допущены и начальником отдела по надзору за расследованием преступлений прокуратуры Волгоградской области Соловьевым В.К. Отмечу, что решения суда до настоящего времени так и не исполнены. Высокопоставленные должностные лица прокуратуры Волгоградской области и СУ СК при прокуратуре РФ по Волгоградской области продолжают делать все возможное, чтобы лица, виновные в смерти моего брата, а также в хищении его имущества остались безнаказанными.

В настоящее время производство предварительного следствия по обоим уголовным делам в очередной раз приостановлено.

 

Получить код страницы Версия для печати