русский | english
Политика конфиденциальности

Как Россия выполняет рекомендации Комитета ООН против пыток

10 декабря 2007, 12:59

в соответствии с процедурой контроля за исполнением рекомендаций,
проводимой в рамках ст. 19 Конвенции против пыток и других жестоких,
бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания
 
 
Позиция российских правозащитных НПО
 
 
  1. В ноябре 2006 года в рамках 37ой сессии Комитета ООН против пыток был рассмотрен Четвертый периодический доклад Российской Федерации. По итогам рассмотрения Комитет принял Выводы и рекомендации (CAT/C/RUS/CO/4). Согласно пункту 29 данного документа “Комитет просит государство-участник в течение года предоставить информацию о мерах, которые оно предпринимает в соответствии с рекомендациями Комитета, изложенными в пунктах   8, 10, 12, 16, 22, 23 и 24».
  2. Российские правозащитные НПО, представившие на 37ой сессии Комитета Доклад российских неправительственных организаций по соблюдению Российской Федерацией Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания , продолжают мониторинг ситуации. Ниже представлена позиция российских НПО касательно выполнения Российской Федерацией ряда пунктов Выводов и рекомендаций Комитета.
 
 
Пункт 10 Выводов и рекомендаций Комитета
Дедовщина в армии)
 
 
3.       Переход России к полуторагодичному сроку службы с 2007 года ухудшил ситуацию с применением пыток в армии, так как в казармах в одно и то же время оказались солдаты, призванные ранее на 2 года и те, кто должен служить только 1,5 года. Никаких мер со стороны командования силовых структур и прокуратуры по предупреждению ожидаемых негативных последствий вымещения старослужащими своего недовольства в виде издевательств над молодыми солдатами предпринято не было.
  1. Комитеты солдатских матерей в России констатируют увеличение в пять раз числа военнослужащих и их родителей, обратившихся в организации с жалобами на пытки и жестокое обращение в период с июля 2007 года по октябрь 2007 года по сравнению с этим же периодом прошлого года.

5.       Необходимо также отметить, что принятое 25 августа 2003 г. Постановление Правительства РФ «О федеральной целевой программе по переходу к комплектованию военнослужащими, проходящими военную службу по контракту, ряда соединений и воинских частей на 2004-2007 годы» не привело к сокращению числа случаев пыток и насилия в армии.

6.       Скорее наоборот, жертвами пыток и издевательств в воинских частях становятся солдаты, заключившие контракт. Более того, в общем потоке обращений за последний год в комитеты солдатских матерей, большинство обратившихся с жалобами на жестокость и вымогательство в воинских частях являются именно солдаты по призыву, заключившие контракт. Солдаты по призыву, заключая контракт, надеются, что новый статус в воинской части избавит их от жестокости и издевательств со стороны старослужащих и офицеров. Однако этого не происходит, а к издевательствам прибавляется еще одна проблема, связанная с вымогательством со стороны прапорщиков, офицеров и ранее заключивших контракт военнослужащих получаемого солдатом-контрактником денежного довольствия. Солдаты, разочарованные в возможности защитить себя от посягательств старослужащих и офицеров, как правило, желают расторгнуть контракт, но не знают, как это сделать. Контракт, заключаемый в двух экземплярах, не выдается на руки солдату и ему никто не разъясняет его прав по расторжению контракта. Рекомендованная Указом Президента № 1172 от 11.09.2007г. типовая форма контракта не содержит в себе раздела о правах военнослужащего и ответственности федерального органа исполнительной власти, заключившего контракт, в случае его нарушения. Таким образом, государство снимает с себя ответственность за невыполнение контракта со своей стороны.

7.       В течение всего года общественные организации, занимающиеся защитой военнослужащих, фиксировали обращения и жалобы по поводу пыток и жестокого обращения в армии в отношении солдат.

8.       Главная военная прокуратура констатировала, что за четыре месяца текущего года число военнослужащих, добровольно ушедших из жизни, возросло на 26% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года". В то же время Главный военный прокурор 20 сентября 2007 г. на заседании круглого стола представителей органов военной прокуратуры, военных следственных органов, командования, государственных институтов в области прав человека и общественных объединений заявил, что по итогам 8 месяцев 2007 года на 34% сократилось число преступлений, связанных с дедовщиной, по сравнению с этим же периодом прошлого года. Однако, анализ состояния преступности, связанной с нарушением принципа запрета пыток и жестокого обращения в армии, проведенный комитетами солдатских матерей, констатирует резкое увеличение такой преступности именно с приходом в войска солдат, призванных весной 2007 года на 18 месяцев.

9.       Главный военный прокурор Фридинский на круглом столе также отметил, что уровень правовых знаний военнослужащих остается недостаточным. В связи с этим главная военная прокуратура провела 29 сентября единый день правовых знаний во всех частях Вооруженных сил России. Комитеты солдатских матерей считают, что это мероприятие, если оно и состоялось в войсках (ни один из солдат, обратившихся в комитеты солдатских матерей не подтвердил, что в его воинской части проходило это мероприятие), носило галочный необязательный характер, который никак не повлиял на сокращение случаев жестокости и пыток в армии.

10.   По-прежнему ни прокуратурой, ни следственными органами, начавшими работу с 7 сентября 2007 г., не обеспечивается незамедлительное, беспристрастное и эффективное расследование случаев пыток и жестокого обращения.

11.   Сотрудники прокуратуры, а теперь и следственных органов, не разъясняют свидетелям, что они могут заявить требование об обеспечении им защиты на период проведения следствия. Именно поэтому все свидетели, на которых указывает пострадавший в своем заявлении, не обеспеченные соответствующей защитой, находясь под давлением тех, кто совершил противоправные действия к заявителю, а часто и под давлением командования, не свидетельствуют о том, что произошло на самом деле. В своих показаниях солдаты-свидетели под диктовку дознавателя пишут набор стандартных фраз о том, что никто никогда не применял к заявителю насилия, а лично он обеспечен всеми видами довольствия, даже если сам свидетель страдал от насилия и жестокости. Вслед за этим следует постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления. Виновные не наказаны. И такие случаи не единичны – это массовое явление. До суда доходят лишь дела, имеющие в своем составе тяжкие последствия, которые невозможно скрыть.

12.   Наиболее наглядным примером может служить отказ следователя Волгоградской гарнизонной прокуратуры в возбуждении уголовного дела в отношении офицеров и прапорщиков воинской части 34605 (г. Волгоград) по заявлению солдата Лялякина. В воспитательных целях его и другого солдата Власова ставили перед строем голыми, инсценировали расстрел, привязывали на ночь к столбу, а потом два дня водили по воинской части как собак на поводке. Лялякин, не выдержав издевательств, убежал домой в Нижний Новгород и обратился в комитет солдатских матерей и в Нижегородскую военную прокуратуру. Впоследствии он находился на обследовании в психоневрологическом отделении и был комиссован. Другой солдат Власов не смог уйти из части. Он написал подробное заявление представителям Волгоградской организации «Материнское право» о тех пытках и издевательствах, которым он подвергался так же как Лялякин. Однако, впоследствии под давлением командования, отказался от своего заявления в организацию «Материнское право».

13.   Взяв показания еще с нескольких таких же подневольных солдат и у командования, которое инициировало эти издевательства, следователь отказал в возбуждении уголовного дела. Это типичный случай сокрытия преступлений силами командования и следственных органов в целях улучшения статистики.

14.   В ответ на указание в своих заявлениях военному прокурору на то, что свидетели преступления не были обеспечены соответствующей защитой, комитеты солдатских матерей получают формальные отписки о том, что сам свидетель не просил следователя об этом. Но свидетель – солдат, как правило, и не знает, что он должен заявить просьбу об обеспечении ему защиты в письменном виде. При этом командование и сотрудники прокуратуры и следственных органов не считают нужным разъяснять им их права.

15.   Программы реабилитации потерпевших от насилия и жестокости в армии никогда не было в России и, насколько нам известно, этот вопрос не планируется к рассмотрению на уровне Правительства, Министерства обороны, Министра здравоохранения и социальной защиты и других госструктур.

16.   Таким образом, за прошедший год Государство не приняло действенных мер по решению проблемы дедовщины в армии, по обеспечению беспристрастного и эффективного расследования по жалобам на пытки и жестокое обращение. Не проводится правовое просвещение военнослужащих, практически не принимаются меры по обеспечению защиты потерпевшим и свидетелям в армии.

Данный раздел подготовлен Союзом Комитетов солдатских матерей

Пункт 12 выводов и рекомендаций Комитета против пыток

Расследования и безнаказанность: реформа прокуратуры

 

 
  1. Шагом к выполнению рекомендаций Комитета ООН можно считать принятие закона «О создании следственного комитета при Генеральной прокуратуре РФ», а также подписание 05 июня 2007 г. Президентом России В.В.Путиным Федерального закона N2 87 -ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации». Принятие этих Федеральных законов предусматривает создание системы Следственного комитета при прокуратуре России, являющейся органом прокуратуры Российской Федерации, обеспечивающей в пределах своих полномочий исполнение федерального законодательства об уголовном судопроизводстве. Закон вступил в силу 07 сентября 2007 года.
  2. Создание Следственного комитета при Генеральной прокуратуре РФ преследовало ряд целей, основные из которых видятся в следующем:
Невозможность влияния Генерального прокурора на назначение Председателя Следственного комитета и его заместителей;
  1. В соответствии с принятым законом, возглавлять Следственный комитет будет первый заместитель Генерального прокурора России ­Председатель Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации (далее по тексту - СК при Прокуратуре РФ), назначаемый на должность Советом Федерации по представлению Президента России.
  2. Первого заместителя и заместителей Председателя Следственного комитета назначает Президент России по представлению главы Следственного комитета. Все другие работники Следственного комитета при прокуратуре РФ будут назначаться и освобождаться от должности в порядке, установленном Председателем Следственного комитета, все кадровые вопросы должны решаться с его участием. Работники Следственного комитета являются прокурорскими работниками. Все это означает, что фактически Генеральный прокурор не влияет на назначение и отставку своего заместителя.
Существенное расширение полномочий Председателя СК по пресечению преступной деятельности высокопоставленных должностных лиц
  1. Председателю СК переданы от Генерального прокурора полномочия по возбуждению уголовных дел в отношении лиц, обладающих иммунитетом. А именно: в отношении Генерального прокурора, депутатов Государственной думы, сенаторов, кандидатов в президенты и бывших президентов РФ.
Отделение функции уголовного преследования от функций надзора за расследованием уголовных дел, в том числе и возбужденных по фактам сообщений о применении пыток.
  1. За Председателем СК закрепляется право принятия решений, связанных с возбуждением и расследованием тех или иных уголовных дел. Учитывая, что Председатель СК не находится в прямом подчинении у Генерального прокурора РФ можно говорить о его относительной независимости при принятии решений в пределах его компетенции.
  2. В случае несогласия с решением Председателя СК Генеральный прокурор имеет право обратиться в суд, независимый орган, который и призван принять окончательное решение по возникшим разногласиям. В свою очередь нижестоящие прокуроры в случае несогласия с решениями руководителей следственных органов должны обращаться с соответствующими жалобами к руководителям управлений СК при Генеральной прокуратуре РФ.
  3. Отныне, прокуроры не могут оказывать прямое влияние на решение вопроса о возбуждении уголовного дела, на ход предварительного следствия, то есть они лишены полномочий давать согласие следователю на возбуждение уголовного дела, давать указания о выполнении тех или иных следственных действий, прокурор отныне не может сам выполнять отдельные следственные действия по уголовному делу, принимать процессуальные решения по уголовному делу.
  4. Не оказывая прямое влияние на указанные выше вопросы, прокурор наделен полномочиями по надзору за деятельностью следственных органов. так, следователь, дознаватель обязаны незамедлительно направить прокурору копию постановления о возбуждении уголовного дела. Если прокурор признает постановление следователя, дознавателя о возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, он вправе в срок не позднее 24 часов с момента получения материалов отменить постановление о возбуждении уголовного дела, о чем выносит мотивированное постановление. О принятом решении следователь и дознаватель незамедлительно уведомляют заявителя, а также лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело.
  5. Копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в течение суток с момента его вынесения также направляется прокурору. Если прокурор признает постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным, то он может вынести мотивированное постановление о направлении соответствующих материалов руководителю следственного органа для решения вопроса об отмене данного постановления. Однако последнее слово остается за руководителем следственного органа и если он не согласен с мнением прокурора и его указаниями, которые теперь не обязательны для исполнения, то он оставит принятое решение в силе. Прокурор вправе обжаловать данное решение руководителя следственного органа вышестоящему руководителю следственного органа.
  6. Кроме того, прокурор, признав постановление следователя о прекращении уголовного дела или уголовного преследования незаконным либо необоснованным, выносит мотивированное постановление о направлении соответствующих материалов руководителю следственного органа для решения вопроса об отмене постановления о прекращении уголовного дела. Но, только после того, как постановление следователя о прекращении уголовного дела или уголовного преследования будет признано незаконным или необоснованным руководителем следственного органа последний отменяет его и возобновляет производство по уголовному делу.
  7. Постановление о приостановлении производства предварительного следствия прокурор не имеет права отменять. Это процессуальное решение может принять исключительно руководитель следственного подразделения.
  8. Таким образом, Следственный комитет фактически независим от Генеральной прокуратуры.
Повышение качества расследования уголовных дел
  1. Говоря о независимости следственных подразделений следует обратить внимание на то обстоятельство, что утверждает обвинительное заключение - прокурор и обвинение в суде поддерживает только прокурор, в то время как ранее он мог поручить поддерживать государственное обвинение в суде дознавателю или следователю. Кроме того, теперь прокурор может отказаться от поддержания обвинения в суде только с обоснованием причин отказа. Ранее таких жестких требований к государственному обвинителю-прокурору не предъявлялось.
  2. Следовательно, можно предположить, что прежде чем утвердить обвинительное заключение, прокуроры будут более тщательно изучать уголовное дело. Срок рассмотрения поступившего от следователя уголовного дела с обвинительным увеличен вдвое и составляет теперь 10 суток. Прокурор вправе принять одно из решений: об утверждении обвинительного заключения и направлении в суд; о возвращении уголовного дела следователю для производства дополнительного следствия, изменения объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков со своими письменными указаниями. Срок для исполнения указаний прокурора либо обжалования решения прокурора устанавливается руководителем следственного органа и не может превышать одного месяца со дня поступления данного дела к следователю.
  3. Если государственный обвинитель откажется в суде поддерживать обвинения считая, что вина подсудимого не доказана, то может возникнуть законный вопрос: почему это выяснилось на стадии судебного следствия, а не при утверждении обвинительного заключения?
  4. Следственный комитет начал свою работу 7 сентября 2007 года. Прошло очень мало времени, чтобы говорить насколько эффективны изменения. Однако, уже сейчас возникают некоторые сложности, которые, хотелось бы надеяться, связаны с организационными моментами и в скором времени будут устранены. Так, не ведется личный прием начальником СК и рядом начальников следственного комитета. Объясняется это отсутствием помощников, так как они еще не назначены. Граждане обращаются с жалобами к руководителям следственных подразделений прокуратуры, но сроки рассмотрения жалоб нарушаются, так как назначены новые люди, которым требуется время, чтобы ознакомиться с делами, вникнуть в суть проблемы. Несмотря на то, что это, скорее всего, действительно организационные моменты, конституционные права граждан на их доступ к правосудию нарушаются. Кроме того, до сведения граждан не доводятся особенности прокурорского надзора, не разъясняется порядок обжалования и причины его изменения.
  5. Давая предварительную оценку эффективности надзора в нынешнем его проявлении следует учесть, что большую роль сыграет то, как новый закон будет соблюдаться и реализовываться на практике как прокурорами, так и следственными подразделениями при прокуратуре.
  6. С одной стороны, прокурор лишен таких важных функций, как возбуждение уголовного дела, дача указаний о производстве следственных действий, отмена процессуальных решений. С другой стороны, заключительная стадия предварительного следствия - утверждение обвинительного заключения осталась в исключительной компетенции прокурора. Соответственно, если предварительное следствие проведено с нарушениями или прокурор не согласен с квалификацией преступления, объемом предъявленного обвинения, то такое обвинительное заключение утверждено не будет и, соответственно, дело не будет отправлено в суд, так как поддержание обвинения в суде также находится в исключительной компетенции государственного обвинителя - прокурора.
  7. Таким образом, можно предположить, что, понимая, что прокурор может не утвердить обвинительное заключение руководители следственного подразделения будут так или иначе согласовывать с прокурором и приходить к консенсусу по тем или иным ключевым моментам в ходе предварительного следствия и, не исключено, что даже идти на уступки. В таком случае, независимость СК от прокуратуры становится формальной.
  8. То обстоятельство, что разногласия, которые могут возникнуть между прокуратурой и СК предполагается решать в том числе и в судебном порядке должно внести объективность в решение спорного вопроса, что само по себе очень положительно, так как суд является незаинтересованной стороной.
  9. Большинство населения, не обладая достаточными юридическими знаниями и не имея возможности, в том числе и материальной, получать квалифицированную юридическую помощь по прежнему будет обращаться с жалобами на незаконные действия сотрудников милиции в прокуратуру. Со сто процентной уверенностью нельзя сказать, что в прокуратуре им будут объяснять суть нововведений и разъяснять, что лучше, в целях экономии времени и повышения эффективности рассмотрения жалобы, обратиться к руководителю следственного органа прокуратуры. Таким образом, на практике будет происходить следующее: гражданин обратился с жалобой за незаконные действия, предположим, сотрудника милиции, в прокуратуру. Прокурор принял жалобу, рассмотрел, пришел к выводу, что в действиях сотрудников милиции усматриваются признаки состава преступления и, вследствие того, что у него теперь нет полномочий на возбуждение уголовного дела, направил жалобу с рекомендательным письмом руководителю следственного подразделения. В свою очередь, получив указанный материал от прокурора, руководитель следственного подразделения его рассмотрит и только после этого примет окончательное решение. В результате: потеряно время, в течение которого фактически никакой проверки по обращению гражданина не проводилось, могут быть утрачены важные доказательства, уничтожены следы преступления, которые могли бы сыграть важную роль в установлении истины.

Данный раздел подготовлен Фондом "Общественный вердикт"

 
Пункт 16 Выводов и рекомендаций Комитета против пыток
Письменные гарантии в контексте «возвращения» (refoulement) беженцев
 
 
  1. За год, последовавший за направлением Правительству РФ Выводов и рекомендаций Комитета ООН по предотвращению пыток никаких видимых изменений в вопросе возвращения в страны происхождения лиц, ищущих убежища, или нуждающихся в нем не произошло.
  2. Российская Федерация по-прежнему с готовностью возвращает в Узбекистан запрашиваемых властями граждан этой страны, более того, отмечено много случаев, когда такой запрос провоцируется российской стороной. Так по делу Байрамали Юсупова требования об экстрадиции трижды усиливались, пока не достигли уровня деяний, предусмотренных УК РФ.
  3. Если экстрадиция представляет собой сложную правовую процедуру, предполагающую возможность многоэтапного обжалования, то административное выдворение осуществляется гораздо проще. Поэтому для граждан Узбекистана, как правило, экстрадиция заменяется административным выдворением. Несколько случаев высылки или решения о высылке граждан Узбекистана находятся сейчас в Европейском Суде, по ним применено правило 39 Регламента Европейского суда и, как можно надеяться, скоро будут приняты решения по делу двенадцати узбеков, проживающих в г. Иваново и ожидающих этого решения, чтобы выехать в Швейцарию, уже предоставившую им убежище. А также по делу Рустама Муминова. При этом последствия последнего решения весьма туманны, поскольку Муминов находится в заключении в Узбекистане. Удастся ли Европейскому суду добиться от России каких-либо действий по возвращению Муминова зависит от настойчивости международных структур. Надо отметить, что высылка постфактум Муминова признана незаконной в суде общей юрисдикции. Сам он был признан потерпевшим, его интересы представлял адвокат, приглашенный ПЦ «Мемориал». Директор центра содержания выдворяемых иностранных граждан, осуществивший незаконное выдворение, признан виновным в превышении должностных полномочий (ст.286 УК РФ), уволен и приговорен к штрафу. При этом отдавшие ему распоряжение сотрудники ФСБ не были наказаны, а также не было предпринято ничего для возвращения потерпевшего Рустама Муминова.
  4. В последнее время отмечено также несколько случаев возвращения граждан Китая, являющихся сторонниками движения Фалуньгун. В этих случаях вместо экстрадиции используется депортация, поскольку эта процедура не имеет описанного в законодательстве механизма и определяется распоряжением директора ФМС. Основанием ее применения служит Приказ МВД от 26.08.2004 № 533 «Об организации деятельности органов внутренних дел Российской Федерации и Федеральной миграционной службы по депортации либо административному выдворению за пределы Российской Федерации иностранного гражданина или лица без гражданства». Порядок принятия решения о депортации иностранного гражданина или лица без гражданства и орган, уполномоченный на совершение подобных действий, на законодательном уровне не определен. Приказ МВД, определяющий действия сотрудников правоохранительных органов, не может регулировать применение к иностранному гражданину такой процедуры как депортация, влекущая за собой запрет на въезд в РФ сроком в пять лет.
  5. Применение подобных мер на основании нормативного правового акта не допустимо. Права и обязанности лица, к которому применяется данная процедура не определены.
  6. Рассмотрение вопросов депортации иностранных граждан и лиц без гражданства должно регулироваться положениями КоАП РФ так же, как и рассмотрение вопросов выдворения, поскольку законодательство РФ не проводит разграничений между содержанием и правовыми последствиями депортации и административного выдворения за пределы Российской Федерации иностранных граждан и лиц без гражданства.
  7. Существующее положение дает органам ФМС России возможность утверждать, что депортация не является наказанием, а представляет собой особую процедуру, не допускающую присутствия адвоката во время ее реализации и не подлежащую обжалованию.
  8. Таким образом, хотя депортации происходят достаточно редко, остановить этот процесс, если механизм его применения по отношению к конкретному лицу уже запущен, не представляется никакой возможности. Депортируемое лицо лишается законных прав на поддержку адвоката и на судебную защиту.
  9. По фактам депортации в Китай его граждан Ма Хуэй с родившейся на территории РФ восьмилетней дочерью и инвалида Гао Чуньмань, проживавших в Санкт-Петербурге, их адвокатом поданы жалобы в Европейский Суд по правам человека. Этим жалобам придан приоритетный характер. Обратиться с заявлением о применении правило 39 не удалось, поскольку депортации проводятся с необычайной скоростью – в течение одних суток. их адвокатом поданы жалобы в Европейский Суд по правам человека. Этим жалобам придан приоритетный характер. Обратиться с заявлением о применении правило 39 не удалось, поскольку депортации проводятся с необычайной скоростью – в течение одних суток.
  10. Единственным разумным выходом из создавшейся ситуации было бы совмещение полностью аналогичных процедур депортации и административного выдворения и соблюдения при их реализации КоАП РФ. Единая процедура депортации (выдворения) при этом нуждается в детальной законодательной разработке.
  11. При любых формах возвращения лиц, нуждающихся в убежище, грозящая им в стране происхождения опасность не учитывается. В редких случаях по экстрадиционным делам узбекских граждан Российские власти запрашивают гарантии неприменения пыток и смертной казни. Надо учитывать, что такие гарантии со стороны Узбекистана многими международными экспертами признаны ненадежными, поскольку наличие жесточайших пыток и фабрикации уголовных дел по политическим мотивам в Узбекистане широко известно и неоднократно отмечалось в аналитических материалах международных организаций, в том числе и УВКБ ООН.
  12. Что касается мониторинга, который после возвращения необходимо проводить за судьбой возвращенных лиц, то нам неизвестны никакие свидетельства того, чтобы это делалось государственными структурами РФ. Таким мониторингом занимаются неправительственные организации, которые пытались предотвратить принудительное возвращение. Однако следует отметить, что часто они не имеют доступа к надлежащей информации, а также в состоянии заниматься только теми возвращенными, с которыми работали еще на территории РФ. На запрос в ФМС о распределении выдворенных и депортированных граждан по странам, куда они были отправлены, был получен ответ об отсутствии таких данных.
  13. Мониторинг, проводимый НПО в меру их возможности показывает, что выданные правоохранительными органами РФ иностранные граждане в ряде случаев подвергаются пыткам и получают большие сроки заключения. Так граждане Узбекистана получили по сфабрикованным обвинениям Алишир Усманов – 8 лет лишения свободы, Рустам Муминов – 5,5 лет.
  14. По прибытии в Китай Ма Хуэй 9 дней содержалась под стражей. После освобождения она прибыла домой в столь тяжелом состоянии, что не могла разговаривать по телефону даже с мужем, оставшемся в РФ.
  15. Никаких изменений законодательной базы в рассматриваемой области за последний год не произошло. Имеется слабая надежда на рассмотрение Верховным Судом жалобы  на законность проведения процедуры депортации на основании Приказа МВД №533. Однако до сих пор поданная по делу Ма Хуэй жалоба не рассмотрена Верховным Судом РФ по формальным причинам.
  16. Практика только ухудшилась, поскольку механизм депортации стал использоваться в применении к лицам, ищущим убежища.Таким образом, можно сделать вывод, что рекомендации Комитета не выполнены.

Данный раздел подготовлен Комитетом "Гражданское содействие"

 
 
Пункт 22 Выводов и рекомендаций Комитета против пыток
нападения на правозащитников
 
  1. В течение прошедшего года Россия не предприняла надлежащих мер для обеспечения ясного толкования применения нового закона о НПО. Весной 2007 года с участием гражданских организаций и профильных министерств были подготовлены и согласованы предложения по внесению изменений в закон. Пакет предложений в апреле был передан в администрацию Президента, но так до сих пор и не был внесен на рассмотрение в Государственную Думу.
  2. При этом прошедший год явным образом продемонстрировал обоснованность опасений российских и международных правозащитных организаций и экспертов в связи с принятием нового закона об НКО. Его применение принесло НПО существенные проблемы в следующих сферах:
         регистрация новых НПО: процесс чрезмерно забюрократизирован, требует не менее 2х месяцев, зачастую сопровождается вмешательством сотрудников Федеральной регистрационной службы (ФРС) в содержание уставов и внесение ими исправлений во вполне правомерные положения, произвольные и не мотивированные отказы в регистрации. Проблема еще осложняется и тем, что ФРС как правило ограничивается описанием общих положений при выдаче отказа в регистрации, что существенно осложняет процесс его обжалования.
         регистрация изменений в устав и другие документы НПО: процесс сопровождается отказами и волокитой. Практически невозможно получить мотивированный письменный отказ и соответственно крайне сложно оспаривать в суде действия ФРС. Кроме того, процедура регистрации изменений, не требующих внесения изменений в устав (смена руководителя, адреса и т.п.), по сути из уведомительной перешла в разрешительную.
          новая отчетность НПО перед ФРС. Основными проблемами в этой области стали: недостаточное информирование НПО со стороны государства о существовании новых правил отчетности, отсутствие ясных правил заполнения новых форм отчетности и отсутствие консультационных пунктов в регионах. Эти проблемы прямо сказались на итогах первой подачи новых отчетов НПО в 2007 г., которые оказались неутешительными. В результате, по данным ФРС на сентябрь, в целом по России новые формы отчетности не сдали около 65% всех НПО, а 15% сделали это позже установленного срока. Это привело к прекращению деятельности более 2300 НКО по всей стране по инициативе ФРС. Важно отметить, что многие из этих организаций – живые, действующие, но не сдавшие отчеты. Однако жесткая позиция ФРС – закрывать НПО за несданные отчеты – привела к их исключению из реестра юридических лиц. Эта мера является явно непропорциональной.
         ликвидация действующих НПО. Новое законодательство наделяет ФРС правом в случае неоднократного (т.е. два и более раз) непредставления НПО в установленный срок сведений (включая периодическую отчетность и другие сведения, которые ФРС правомочна запрашивать по закону) обратиться в суд с заявлением об исключении НПО из единого государственного реестра юридических лиц, иными словами о признании данной НПО прекратившей свою деятельность в качестве юридического лица. До 2006 года это положение не носило репрессивного характера, по этой норме закрывались лишь те организации, которые действительно давно прекратили свою деятельность. Однако в течение последнего года повестки в суд стали приходить действующим и известным в своем регионе организациям. Довольно часто в список ликвидируемых НПО попадают правозащитные организации. Важно отметить, что принудительная ликвидация возможна не только по основаниям непредставления организацией в установленный срок запрашиваемых регистрирующим органом сведений, но и при наличии предупреждений за любые нарушения действующего законодательства.
  1. Но в наибольшей степени карательный характер нового закона и нормативных актов ФРС проявился в массовых проверках деятельности организаций органами ФРС. Согласно утвержденному в 2006 году новому порядку органы ФРС могут запрашивать не только решения руководящих органов НПО, финансовые отчеты об их деятельности, но и иные документы, необходимые для достижения целей проверки. Список является открытым и как показывает анализ проведенных проверок практически безграничным. В частности, органы ФРС запрашивают и такие документы как подшивка всех публикаций в СМИ о деятельности НПО, планы мероприятий, копии обращений в государственные органы, документы, подтверждающие контакты с международными организациями (участие в конференциях, семинарах и т.д.). Количество проводимых проверок за последний год резко увеличилось. Как правило, по результатам проверок сотрудники ФРС находят незначительные нарушения (несоставленный протокол, с опозданием проведенное собрание руководящего органа, отсутствующая подпись руководителя на документе и т.п.) практически у каждой проверяемой НПО и направляют в организации заключения о том, что они нарушили ту или иную статью закона. Организации оказываются перед угрозой закрытия, если возникнет последующее пусть даже незначительное нарушение. Это само по себе является сильным ограничительным механизмом в дополнение к тому, что сама проверка, как правило, парализует деятельность организации, так как требует копирова
Получить код страницы Версия для печати