русский | english
Политика конфиденциальности

О митингах в Конституционном Суде

28 ноября 2012, 11:04

27 ноября 2012 года в здании бывшего Правительствующего Сената обсуждали конституционность летних изменений в Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

Нечасто Конституционный Суд России заседает целый день. Заседание 27 ноября началось в десять часов утра и закончилось вечером без четверти шесть. Нечасто конституционные судьи рассматривают в одном производстве абстрактный запрос и конкретную жалобу. А выступление одного из представителей заявителя - депутата Е.Б. Мизулиной - председатель суда В.Д. Зорькин назвал и вовсе беспрецедентным для высшего органа конституционной юстиции по длительности. Можно сказать, что выступление представителя группы оппозиционных депутатов было не просто продолжительным, но и совершенно шикарным по содержательности и убедительности.

Прежде всего, депутаты оспаривали Федеральный закон № 65-ФЗ по порядку принятия. По их мнению, он был принят не только без предоставления возможности регионам высказаться относительно содержания законопроекта (относящегося к предметам совместного ведения), но и с другими грубыми нарушениями регламента Государственной Думы. В частности, время для обсуждения поправок, поданных ко второму чтению законопроекта, было сокращено уже по ходу самого обсуждения, да и концепция законопроекта во втором чтении изменилась до неузнаваемости. Более того, приняв законопроект во втором чтении, депутаты сразу же проголосовали за него и в третьем чтении, не имея, по словам представителей заявителя, на руках даже финального текста того акта, за который они голосовали.

Суть процедурных нарушений сводится к тому, что закон принимался слишком быстро, что по сути превратило парламент, по словам Е.Б. Мизулиной (кстати, бывшего постпреда Госдумы в Конституционном Суде), «в орган оперативного управления». В целом, как убеждали Суд справоросс Е.Б. Мизулина и коммунист В.Г. Соловьёв, в сегодняшней Государственной Думе принадлежащее правящей партии большинство может делать всё, что угодно, что наносит серьёзный удар по российскому парламентаризму, и только Конституционный Суд может остановить подобную порочную практику.

Представители палат Федерального Собрания и Президента могли на это ответить лишь то, что допущенные нарушения регламента, если и были, то не нарушили Конституцию, так как волеизъявление большинства депутатов за принятие оспариваемого закона несомненно. То есть большинство действительно может делать всё, что угодно.

Были у оппозиционных депутатов многочисленные претензии и к содержанию нового закона. Они ссылались на несоразмерность новых наказаний для граждан (штрафы в сотни тысяч рублей и обязательные работы), превращающих административную ответственность по сути в уголовную, а также неопределённость установленного правового регулирования. Так, по их мнению, статья 20.2 КоАП в новой редакции фактически узаконивает объективное вменение. Например, организаторы массовых публичных мероприятий теперь несут ответственность и за вред, причинённый всеми его участниками, и за превышение заявленной численности самих этих участников (хотя Конституционный Суд ранее высказывался по этому поводу в том смысле, что вину всё равно в каждом конкретном случае судьи при решении вопроса о привлечении к административной ответственности должны устанавливать). Неопределённость нового правового регулирования депутаты-оппозиционеры увидели, в частности, в том, что административная ответственность установлена за нарушение «установленного порядка» организации и проведения массовых акций, без какой-либо дополнительной конкретизации. Речь шла также о фактическом превращении предусмотренного Конституцией уведомительного порядка проведения публичных мероприятий в разрешительный, о чрезмерно широком определении публичных пространств, на которых вообще никаких мероприятий проводить нельзя (определение такого перечня, к тому же, делегировано региональным властям), и многих других спорных моментах.

Практиком применения драконовского законодательства о митингах и демонстрациях назвал себя идеолог «Стратегии-31» и лидер «Другой России» писатель Эдуард Лимонов. Он посетовал на то, что московские власти даже специально вырыли яму на Триумфальной площади, чтобы не позволить ему организовывать на ней публичные мероприятия. Его представитель петербургский адвокат Глеб Лаврентьев объяснял, что применённая в отношении его доверителя (ретроспективно!) норма закона, согласно которой привлечённое к ответственности за определённые правонарушения лицо не может более легально выступать организатором массовых мероприятий, представляет собой де-факто поражение в правах, дополнительную санкцию, чем нарушает Конституцию.

Представители органов власти объясняли принятие оспариваемого закона желанием достичь общественного мира и согласия, заботой о правах пешеходов и зелёных насаждений. По их мнению, у организаторов митингов деньги на уплату штрафов есть, ведь они же их тратят на организацию самих митингов, а вот государству тяжело оплачивать услуги охраняющих на таких мероприятиях общественный порядок полицейских. В ответ на вопрос адвоката Лаврентьева представитель Совета Федерации честно сказал, что парламентом принято политическое решение, и теперь с ним можно только согласиться.

Конституционный Суд ранее сформулировал подробные правовые позиции и по вопросу споров между органами власти и организаторами предполагаемых публичных мероприятий относительно места и времени их проведения (определение от 2 апреля 2009 года № 484-О-П), и по вопросу общих подходов их привлечения к административной ответственности (постановление от 18 мая 2012 года № 12-П). Наверное, в том или ином виде он воспроизведёт и разовьёт их и в постановлении по этому делу (если, конечно, оспариваемый закон не будет признан неконституционным целиком в связи с нарушениями порядка принятия, что, конечно, было бы очень неплохим контрастным душем для многих). Вот только применять эти правовые позиции придётся, в конечном счёте, мировым судьям и районным судам, а их решения в Конституционный Суд не обжалуешь.

Адвокат Адвокатской палаты Санкт-Петербурга Сергей Голубок, "Закон.Ру"

 

Получить код страницы Версия для печати