русский | english

Прокуратура поощряет безнаказанность оперов?

28 октября 2004, 14:45

Заместитель генпрокурора РФ Владимир Колесников сообщил о подготовке поправок в федеральный закон "Об оперативно-розыскной деятельности", касающиеся уголовной ответственности сотрудников правоохранительных органов, сообщает ИА Интерфакс.

"В этом законе должен быть предусмотрен комплекс социальной и правой защиты лиц, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность" - заявил В.Колесников в четверг на заседании "круглого стола" в комитете Госдумы по безопасности. "Речь идет об урегулировании, порядке, основаниях и видах преступлений, за совершение которых эти лица (осуществляющие оперативно-розыскную деятельность - ИФ) могут быть освобождены от уголовной ответственности", - пояснил В.Колесников.

Инициативу заместителя генерального прокурора комментирует руководитель правового отдела фонда "Общественный вердикт" Павел Чиков.

Как юрист юристу

Надо бы знать г-ну Колесникову, что все основания освобождения от уголовной ответственности перечислены в УК РФ. Их всего три - это деятельное раскаяние, примирение с потерпевшим и истечение сроков давности. Правовой институт освобождения от уголовной ответственности предполагает, что лицо совершило преступление, т.е. общественно-опасное уголовно-наказуемое виновное деяние, однако, в силу определенных обстоятельств, подлежит освобождению от уголовной ответственности.

Предложения заместителя Генерального прокурора России, скорее всего, мотивированы желанием предоставить оперативникам более широкую свободу действий в борьбе с преступностью. Что, мол, Россию в очередной раз захлестнула волна криминала, и нужны чрезвычайные меры. В таком случае, по смыслу теории уголовного процесса, гражданин прокурор имел в виду совершенно другой правовой институт - «Обстоятельства, исключающие преступность деяния». Среди них, между прочим, уже достаточно давно существуют такие, как причинение вреда при задержании преступника, крайняя необходимость и обоснованный риск. В таких ситуациях совершение милиционером действий, хотя и подпадающих формально под признаки преступления, таковым не признается.

Безусловно, реальная угроза террористического акта, криминальных разборок, заказных убийств и прочих тяжких преступлений, являются более чем законным основанием для любых действий, направленных на их пресечение. Согласно тому же УК, риск не признается обоснованным только в одном случае, если он заведомо был сопряжен с угрозой для жизни многих людей, с угрозой экологической катастрофы или общественного бедствия.

Вырисовывается несколько объяснений предложениям г-на Колесникова.

1. Следствие его правовой безграмотности.

2. Умышленная провокация, направленная на инициацию обсуждения в информационном пространстве очередного заведомо неконституционного предложения. Кстати, г-н Колесников уже поднаторел в таких громких популистских инициативах (отмена смертной казни, введение высшей меры наказания для террористов, запрещение ваххабизма и пр.).

Если бы эти предложения исходили от иного должностного лица, можно было бы говорить о предполагаемом введении лицензии на убийство и угрозе общественного бедствия. Однако в данном случае, как говорится, не тот субъект.

Получить код страницы Версия для печати