русский | english
Политика конфиденциальности

"Частенько следователи просто безграмотные"

08 февраля 2005, 08:32

Причины появившейся тенденции ухудшения качества предварительного следствия - основная тема интервью специального корреспондента ГАЗЕТЫ Анны Усачевой с начальником управления Генеральной прокуратуры РФ по надзору за процессуальной деятельностью органов прокуратуры, МВД, ФСКН, ФТС и юстиции Александром Кизлыком.
'Кричащие цифры'
- Как объяснить столь высокое количество нарушений в работе органов следствия и прокуратуры?
- Во-первых, хочу поблагодарить вас за то, что подняли эту тему. Генеральный прокурор еще год назад поставил перед нами задачу - готовить отдельный отчет только по возврату дел. Это очень важная проблема, и мы работаем над ее решением. Во-вторых, скажу, что приведенные вами данные не точны. В первом полугодии 2004 года в суды направлено 487 821 уголовное дело. Возвращено прокурорам в соответствии со статьей 237 УПК РФ 18 487 уголовных дел, то есть каждое двадцать пятое. Качество работы (в данном случае предварительного следствия) следует оценивать по определенным критериям. Один из них - число лиц, оправданных судами. Сейчас наблюдается тенденция к снижению количества оправдательных приговоров. Например, в первом полугодии 2004 года по сравнению с аналогичным периодом 2003 года число оправданных судом лиц сократилось на 15%. В целом доля оправдательных приговоров составляет 0,4% всех судебных решений по уголовным делам. Впоследствии еще четверть этих приговоров отменяется судами кассационной инстанции. Так, в первом полугодии 2004 года было оправдано 2354 человек и отменены оправдательные приговоры в отношении 836 лиц. Это свидетельствует о проявлении прокурорами большей требовательности при направлении уголовных дел в суд и квалифицированном поддержании государственного обвинения. Это весомые показатели работы, в данном случае - хорошей. В то же время множество преступлений по-прежнему остаются нераскрытыми. В докладе генпрокурора Владимира Устинова прозвучала такая цифра: 1,264 миллиона преступлений, в том числе 5635 умышленных убийств - от правосудия ушли сотни тысяч преступников. Вот это цифры кричащие, которые как раз и говорят о качестве предварительного следствия. Это еще один из критериев. Ярким показателем состояния законности при производстве дознания и предварительного следствия является количество и характер поступивших в органы прокуратуры и суды жалоб на действия должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование. В последнее время таких жалоб становится все больше. Органами прокуратуры в первом полугодии 2004 года рассмотрено 217 684 подобных обращений, в 15 раз больше, чем судом. Причем 55 тысяч, в среднем каждая четвертая жалоба, признаны обоснованными и удовлетворены. Это на 2,4% больше, чем за аналогичный период 2003 года. Вот еще один критерий оценки работы предварительного следствия.
Вместе с тем, как отметил генеральный прокурор, требует повышения уровень дисциплины в органах прокуратуры.
Не может не тревожить и тот факт, что в полтора раза увеличилось число работников правоохранительных органов, привлеченных к ответственности за фальсификацию материалов доследственных проверок и незаконные методы ведения следствия, в том числе и за выбивание показаний.
Например, начальник следственного управления при УВД Оренбурга подполковник юстиции Першин, угрожая применением физического насилия и оказав психологическое давление на подследственного Гумерова, добился от него признательных показаний о якобы имевшейся с его стороны причастности к мошенническим действиям в отношении знакомых Першина. В дальнейшем Першин, используя должностное положение, оказал воздействие на сотрудников ОВД Промышленного района Оренбурга с целью привлечения Гумерова к уголовной ответственности. В отношении Першина прокуратурой Оренбургской области возбуждено, расследовано и направлено в суд уголовное дело.
Безусловно, на ниве предварительного следствия не все так ужасно. Следователи стали тщательнее вести дела, внимательнее подходить к вопросу о возбуждении уголовного дела, задержании, привлечении в качестве обвиняемого и избрании меры пресечения. В результате сокращается количество уголовных дел, прекращенных дел на стадии предварительного расследования, в том числе за отсутствием события и состава преступления. Это позволяет прокурорам утверждать обвинительное заключение, основанное на своевременно закрепленных и юридически грамотных материалах дела.
'Вот вам и несовершенство УПК'
- В чем вы видите несовершенство принятого УПК РФ и какие именно законодательные моменты 'мешают' предварительному следствию качественно работать?
- Давайте возьмем 237-ю статью УПК - возвращение уголовного дела прокурору для рассмотрения препятствий его рассмотрения судом. Эта статья была принята только в новом кодексе. Раньше суд имел право возвратить дело для дополнительного расследования. Теперь нет. Тем не менее Конституционный суд 8 декабря 2003 года прямо указал, что возможно возвращение дела на дополнительное расследование не только для установления каких-то новых обстоятельств, но и в случае существенных нарушений УПК. А порядок этой процедуры законодатель не установил. Сейчас УПК не предусмотрено доследование, а фактически оно существует. Для потерпевшего это хорошо. Вот представьте, что один человек причиняет другому тяжкие телесные повреждения. Потерпевший надолго попадает в больницу. Пока дело расследуется, направляется в суд - потерпевший умирает. Соответственно квалификация действий виновного лица должна быть иной, поскольку тяжкие телесные повреждения повлекли смерть. Почему потерпевшая сторона не может потребовать, чтобы действия были квалифицированы так, как положено? Вот вам и несовершенство УПК. За пять дней, отведенных новым кодексом на устранение недостатков в деле исправить это просто невозможно, потому что производить следственные действия в этот период закон запрещает.
Теперь дальше. Если обвиняемый скрылся от следствия и находится за рубежом, то следователь вправе обратиться в суд за получением согласия на его арест, и этот вопрос может быть рассмотрен без участия самого обвиняемого. А как быть, если преступник находится не за границей, а скрывается здесь, в России? Закон не позволяет рассматривать ходатайство о применении к нему меры пресечения в виде заключения под стражу в его отсутствие. Вот вам и коллизия.
'Безответственность, невнимательность, юридическая безграмотность'
- Так все-таки почему снижается качество предварительного следствия?
- Анализ причин направления прокурорами уголовных дел для дополнительного расследования показывает, что основная их часть не представляла сложности ни в расследовании, ни в вопросах юридической оценки действий виновных или собранных доказательств. Их возвращение в первую очередь связано с безответственностью, элементарной невнимательностью, юридической безграмотностью следователей, а также безответственностью и попустительством со стороны руководителей следственных подразделений. Обращает на себя внимание отсутствие надлежащей следственной работы по большинству дел о неочевидных преступлениях. В силу непрофессионализма или халатного отношения к своим служебным обязанностям дознаватели и следователи не заинтересованы в расследовании и раскрытии неперспективных уголовных дел. Об этом свидетельствуют многочисленные случаи, когда следователи органов внутренних дел практически сразу же после принятия к производству дела о неочевидном преступлении, заранее, до истечения сроков расследования, выносят постановление о приостановлении предварительного следствия.
Практически по каждому уголовному делу прокурорами выявляется волокита. Нередко до приостановления следствия проведено всего лишь три-четыре следственных действия. Есть дела, по которым выполнено только одно следственное действие - допрос потерпевшего. При этом зачастую почти все мероприятия по установлению обстоятельств происшествия выполняются отделом дознания в первые дни производства расследования, то есть до передачи дел в следственные подразделения.
Прокурорами в рамках компетенции принимаются меры к исправлению ситуации. Только в первом полугодии 2004 года ими отменено около 27 тысяч незаконных постановлений о прекращении уголовного дела, вынесенных следователями органов внутренних дел, и более 3 тысяч - вынесенных органами дознания. Кроме того, за указанный период отменено более 95 тысяч постановлений о приостановлении предварительного следствия и более 1 тысячи - о приостановлении дознания.
В то же время винить в сложившейся ситуации надо не только следователей. Есть еще и руководители следственных отделов. Несмотря на расширение в новом Уголовно-процессуальном кодексе полномочий начальников следственных отделов, их роль в обеспечении полноты и качества расследования преступлений не отвечает предъявляемым законом требованиям. Как правило, начальники следственных отделов не принимают активного участия в расследовании уголовных дел, находящихся в производстве подчиненных следователей, - количество указаний, отмененных ими необоснованных решений о приостановлении предварительного следствия и возбужденных перед прокурорами ходатайств об отмене незаконных решений невелико. Таким образом, бремя ведомственного контроля за полнотой и качеством расследования уголовных дел тихой сапой перекладывается на прокуроров, что нередко приводит к круговой поруке и способствует коррупции в следственных подразделениях органов внутренних дел.
'В законе закреплена необходимая процессуальная самостоятельность следователя'
- Каким образом следователь может повлиять на незаконное, с его точки зрения, постановление прокурора? Как это было в случае со следователем Сивцевым.
- Исключительно в законном порядке. Следователь может обжаловать такое постановление вышестоящему прокурору. Если вышестоящий прокурор не согласен с возражениями следователя, то он передает дело другому следователю. Есть статья 38 УПК, где приведен исчерпывающий перечень прав и обязанностей следователя. УПК не дает право следователю обращаться в суд с жалобой на действия прокурора. Поступая подобным образом, работники Следственного комитета, в частности Сивцев, допускают неверное толкование уголовно-процессуального закона. Они полагают, что следователь имеет право обжаловать не только указания прокурора, но и действия прокурора не как следователь, а как частное лицо. Сотрудник Генеральной прокуратуры Ефанов прекратил уголовное дело, и Сивцев может это обжаловать вышестоящему прокурору. В законе закреплена необходимая процессуальная самостоятельность следователя, возможность самому принимать решения. Однако и прокурор наделен таким правом. Принимая какое-либо решение по делу, он таким образом вовсе не нарушает процессуальную самостоятельность следователя. Конституция гласит, что, если следователь или прокурор принимает решение, затрагивающее права обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего и иных лиц, они имеют право обжаловать это решение в суде. Сивцев - следователь. Я считаю, что его интересы как следователя никоим образом не нарушены и обжаловать в судебном порядке ему нечего. Все это абсолютно законно.
- А почему в аналогичной ситуации Оренбургский областной суд удовлетворил жалобу начальника отдела дознания на незаконные действия прокурора, который отказался дать согласие на возбуждение уголовного дела. Решение уже давно вступило в законную силу, и прокурор его не обжаловал.
- А вот эта ситуация требует подробного изучения. Делать какие-либо выводы, я полагаю, преждевременно.
'В следственных подразделениях жуткая текучка кадров'
- Какие выходы из сложившейся сейчас ситуации вы видите?
- Хочу отметить, что по поручению генерального прокурора еще в феврале 2004 года управлением по надзору за процессуальной деятельностью органов внутренних дел и юстиции была организована проверка законности и своевременности принятия решений в 2003 году по уголовным делам, возращенным прокурорам в порядке ст. 237 УПК РФ. Полученная из регионов информация свидетельствует о существенном различии статистических показателей суда и прокуратуры. Это объясняется не только допускавшимися при составлении отчетов ошибками, но и различием требований ведомственных инструкций. В главке готовится специальный отчет для руководства Генеральной прокуратуры по результатам анализа ситуации, складывающейся по поводу возвращения дел прокурору. На основе собранных материалов планируется проведение исследований с целью составления программ переориентации нашей работы не только по выявлению нарушений закона, но и по предупреждению этих нарушений методами прокурорского надзора. Прокуроры тщательнее стали изучать материалы проверок, прежде чем дать согласие на возбуждение уголовного дела. Это во многом позволяет избежать принятия незаконных решений. По данным статистики, количество материалов, возвращенных прокурорами следователям для дополнительной проверки, увеличилось в полтора раза и составило в первом полугодии 2004 года 46 тысяч. За тот же период на одну треть увеличилось число отмененных прокурором незаконных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела. Это 267 тысяч. По каждому четвертому из этих материалов впоследствии возбуждено уголовное дело.
На мой взгляд, для решения проблемы качества следствия нужно прежде всего поднимать уровень профессиональной подготовки следователей, в частности следователей Следственного комитета МВД. Кроме того, в следственных подразделениях жуткая текучка кадров. Зачастую следователь просто не успевает вчитываться, вникать в суть находящегося в его производстве уголовного дела! О каком качестве тут можно говорить? Да и частенько следователи просто безграмотные. Они, конечно, оканчивали вузы, но, скорее всего, на тройки. Так что если мы все: и следователи, и прокуроры - будем работать с полной отдачей, неукоснительно соблюдая закон, то и качество следствия поднимется на должную высоту. Не будет необоснованного привлечения к уголовной ответственности и следующих за этим оправдательных приговоров, не будет уголовных дел, возвращенных судом для устранения нарушений. Это главная задача.

Анна Усачева, Газета

Получить код страницы Версия для печати