русский | english
Политика конфиденциальности

Страсбург против СИЗО

12 января 2012, 12:09

Европейский суд по правам человека открыл год вынесением сразу нескольких значимых решений о правах заключенных в России. Применена пилотная процедура, обязывающая решить системную проблему негуманных условий содержания в СИЗО.

Во вторник, 10 января, Европейский суд принял постановление по делу «Ананьев и другие против России», в котором рассматривался вопрос об условиях содержания в следственных изоляторах. Кроме того, суд вынес постановление по трем делам, касающимся охраны здоровья заключенных: «Арутюнян против России», «Сахвадзе против России» и «Владимир Васильев против России». Проблемы российской пенитенциарной системы рассматриваются в Страсбурге не в первый раз.

Практика Европейского суда в отношении России началась в 2002 году именно с рассмотрения жалобы на условия содержания в следственном изоляторе.
В постановлении по делу «Калашников против России» Европейский суд признал бесчеловечным многомесячное содержание заключенного в переполненных камерах, где не было нормальной вентиляции, а туалет, ничем не отгороженный от жилой части камеры, находился фактически рядом с обеденным столом. С тех пор суд вынес более восьмидесяти постановлений, касающихся размеров и оборудования камер СИЗО, а также числа помещаемых туда заключенных. По статистике суда, еще двести пятьдесят обоснованных жалоб на условия содержания в российских следственных изоляторах ждут рассмотрения.

Удовлетворенные во вторник жалобы Ананьева, содержавшегося в СИЗО в Смоленске, и Баширова, находившегося под стражей в СИЗО Астрахани, в целом мало отличаются от тех, что уже были рассмотрены в Страсбурге. Тем не менее постановление Европейского суда по этим жалобам особенное. Оно не ограничивается признанием нарушения прав заявителей и назначением компенсации причиненного им вреда.

В данном деле суд применил так называемую пилотную процедуру. Ее смысл состоит в том, чтобы на примере конкретной ситуации выявить и описать системную проблему в правопорядке конкретной страны. То есть проблему, которая приводит к массовым нарушениям прав человека. Также в рамках пилотной процедуры суд указывает на направления и способы решения выявленной проблемы.

Исполнение пилотного решения требует от государства не только выплатить компенсации конкретным пострадавшим. На государство возлагается обязанность решить системную проблему.
В постановлении по делу «Ананьев и другие против России» Европейский суд отметил, что негуманные и унижающие условия содержания были выявлены в следственных изоляторах, расположенных в самых разных регионах. Невзирая на географический разброс, нарушения прав заключенных оказывались схожими: недостаток физического пространства и теснота в камерах, нехватка спальных мест, ограничения доступа света и воздуха в камеры, отсутствие приватности при использовании туалета. Исходя из этого, суд сделал вывод, что эти нарушения нельзя считать отдельными инцидентами или случайным стечением обстоятельств. Они являются следствием неадекватного устройства российской пенитенциарной системы в целом и затрагивают значительное число людей, находящихся в СИЗО.

Суд признал, что в течение последних лет российские власти предпринимали усилия для решения проблемы переполненности и плохих условий содержания в СИЗО. В частности, была реализована специальная федеральная программа постройки новых и реконструкции старых изоляторов, что способствовало улучшению материальных условий содержания подследственных и подсудимых. Удалось достичь и некоторого снижения общего числа арестованных. Вместе с тем непрекращающийся поток жалоб в Страсбург показывает, что в целом ряде СИЗО проблема переполненности стоит очень остро.

По мнению ЕСПЧ, российские власти должны предпринять дополнительные усилия для ее разрешения. Суд отметил, что до конца 2016 года в рамках очередной федеральной программы планируется продолжить работы по постройке новых и реконструкции уже имеющихся изоляторов. Эта программа должна дать эффект в долгосрочной перспективе. Однако с точки зрения суда есть и другие, не требующие столь больших затрат меры, которые могут быть предприняты уже сейчас, например отгораживание туалетов от жилого пространства камер, снятие плотных сеток с камерных окон, разрешение заключенным чаще принимать душ.

В постановлении по делу «Ананьев и другие против России» также подчеркивается, что перенаселенность СИЗО не может быть решена без изменения практики применения ареста. Хотя, по данным официальной статистики, правоохранительные органы стали реже обращаться в суды с ходатайствами об аресте, число таких обращений по-прежнему высоко. Причем суды удовлетворяют более 90% всех требований о помещении подозреваемого или обвиняемого под стражу. Отдельного внимания, по мнению Европейского суда, заслуживает практика продления содержания под стражей.

Если арест был избран в качестве меры пресечения единожды, то он продляется судами практически автоматически, без проверки и обоснования необходимости дальнейшего содержания человека за решеткой. Исходя из дел, поступивших на рассмотрение в Страсбург, это общий подход российских судебных органов к решению вопроса о продлении ареста.
Европейский суд полагает, что для изменения этой ситуации необходимо внести поправки в Уголовно-процессуальный кодекс, закрепив в нем презумпцию освобождения до суда и применение ареста только в качестве исключительной меры. Изменения законодательства должны сопровождаться мерами по их практической реализации. Например, можно обратиться к опыту Латвии и Франции, в которых стали обучать и назначать специальных судей, отвечающих только за применение и отмену ареста и за соблюдение прав обвиняемых.

Кроме того, Европейский суд рекомендовал создать дополнительные механизмы для профилактики переполнения СИЗО. В частности, четко определить максимальную наполняемость каждого учреждения и вести постоянный мониторинг числа заключенных. Европейский суд отметил, что сейчас начальники СИЗО обязаны принимать всех направляемых к ним заключенных вне зависимости от того, есть ли для них достаточно места. Суд считает, что в этой части полномочия начальников изоляторов должны быть расширены: у них должно быть право отказывать в приеме и содержании новых арестантов, если изолятор уже наполнен до установленного максимума.

Дополнительно к обязанности предпринять усилия по снижению числа и длительности арестов, улучшению условий содержания в следственных изоляторах и профилактики их переполнения Европейский суд также обязал российские власти создать правовые механизмы, которые позволили бы заключенным обжаловать условия своего содержания и получать компенсацию, если они были ненадлежащими. Эти механизмы должны быть разработаны в течение шести месяцев с момента вступления постановления Европейского суда в силу.

Кроме того, по общим правилам исполнения постановлений Европейского суда российские власти должны разработать план мер, которые будут предприняты для разрешения системной проблемы с переполненностью и условиями содержания в СИЗО. Этот план должен быть направлен в Комитет министров Совета Европы, надзирающий за исполнением постановлений Европейского суда по правам человека. В этот же орган российские власти должны будут направлять отчеты о реализации принятого плана.

Одновременно с постановлением по делу «Ананьев против России» Европейский суд вынес постановления и по трем другим делам о правах заключенных. А именно - о праве на медицинскую помощь и о соответствии условий содержания состоянию здоровья заключенного.
В деле «Арутюнян против России» суд признал неприемлемой ситуацию длительного содержания инвалида-колясочника, страдающего от целого ряда тяжелых заболеваний, в условиях, не приспособленных для людей, передвигающихся на коляске. Из-за отсутствия в СИЗО подъемника, лифта или иных приспособлений Арутюнян был вынужден на своих ногах спускаться с верхнего этажа, где находилась его камера, вниз по лестнице всякий раз, когда ему должны были проводить гемодиализ и другие медицинские процедуры, когда ему надо было участвовать в судебных заседаниях или встречаться с адвокатом.

В деле «Сахвадзе против России» речь шла о медицинской помощи. Сахвадзе был болен туберкулезом и миелопатией (поражение спинного мозга), а также страдал от ряда других заболеваний, в том числе развившихся во время отбывания наказания. Около трех лет Сахвадзе находился в тюремном госпитале, куда его поместили для лечения туберкулеза, осложнившегося кровохарканием. На второй год нахождения в госпитале он и его адвокат пожаловались в прокуратуру на неоказание медицинской помощи. Прокуратура проводила проверки по жалобам в течение почти двух лет и пришла к выводу об отсутствии нарушений, несмотря на то что в материалах проверки имелись медицинские заключения о том, что Сахвадзе не лечили от миелопатии. Европейский суд, опираясь на те же медицинские заключения, пришел к противоположному выводу. С точки зрения суда отсутствие лечения такого серьезного заболевания приравнивается к жестокому обращению.

Владимир Васильев, отбывающий пожизненное заключение, жаловался на недостаточно качественную стоматологическую помощь и неэффективное лечение диабета. Кроме того, Владимир Васильев, из-за обморожения и диабета лишившийся части стопы, не мог получить ортопедическую обувь. Европейский суд признал необоснованными жалобы по поводу лечения диабета и качества зубных протезов, но счел нарушением отказ в предоставлении протезов. Аргументы российских властей о том, что Васильеву ортопедическая обувь не положена, потому что ему не была присвоена инвалидность, а режим отбывания пожизненного заключения не предполагает активной ходьбы, суд не убедили.

В трех этих делах пилотная процедура не применялась. Соответственно, Европейский суд в постановлениях не дал прямых указаний о необходимости реформировать систему охраны здоровья заключенных. Тем не менее их исполнение, так же как и в случае с делом «Ананьев и другие против России», может потребовать от российских властей изменения норм и практики обращения с больными заключенными.

Дело в том, что установленная Конвенцией о защите прав человека и основных свобод обязанность государств исполнять постановления Европейского суда помимо выплаты компенсации и восстановления прав конкретного пострадавшего подразумевает также действия по устранению и профилактике нарушений, аналогичных тем, что уже были выявлены судом. Такие действия называют мерами общего характера.

Обстоятельства дел Арутюняна, Сахвадзе и Васильева, а также пока не дошедших до Страсбурга, но получивших широкую огласку дел Гулевич, Трифоновой и Магнитского позволяют говорить о том, что проблемы с содержанием и лечением больных в местах заключения не единичны. Следовательно, государство должно будет разработать и принять меры для их решения.
В последнее время Комитет министров публикует планы и отчеты государств об исполнении постановлений Европейского суда. Наряду с прочими публикуются и отчеты Российской Федерации. То есть, у заинтересованной общественности есть возможность оценить предлагаемые государством меры по решению проблем в пенитенциарной системе и отследить их практическую реализацию.

Ольга Шепелева, "Газета.Ру"

Получить код страницы Версия для печати